Система. Или своих в беде не бросаем.

dalniy

Система. Или своих в беде не бросаем.

«Своих в беде не бросаем!» — именно такая бравада читается между строк приговора в отношении бывших участковых печально известного отдела полиции «Дальний» г. Казани Ильшата Гарифуллина и Рамиля Нигматзянова. 25 сентября 2012 года они были признаны виновными по тому самому уголовному делу, которое рассматривало случай смерти в результате пыток Сергея Назарова. Этот случай всколыхнул общественность. И вот долгожданный результат: оба осуждены по части 1 статьи 286 УК РФ («Превышение должностных полномочий»). Гарифуллин получил 2,5 года колонии-поселения, Нигматзянов – 2 года колонии-поселения. По части 2 статьи 292 УК РФ («Служебный подлог») оба обвиняемых были оправданы. Изначально гособвинитель просил 3,5 и 3 года колонии-поселения.

 

В обвинении изначально не была предусмотрена ответственность за убийство. Но ведь было совершено именно убийство, а не просто превышение должностных полномочий. Умышленное убийство или неумышленное – отдельный вопрос. Власть снова выгородила «своих»: оправдать полностью, из-за широкого общественного резонанса этого случая, суд не мог (этот фактор влияет на «правосудие»). Но вот свести суд к формальному фарсу – вполне реально. Участковые, конечно, не являются значимыми фигурами в силовых структурах, но важен принцип: если сейчас по справедливости судить участковых, то однажды — по справедливости — и президент под суд попадёт. Благо поводов достаточно. Народу в очередной раз показали, что чиновники любого ведомства и любого уровня являются особой кастой: не ровня пролетариям и селянам.

 

Уже становятся обыденными случаи демонстрации властью своего особого статуса и положения, своей «избранности». Например, призывая народ поддержать отечественных автопроизводителей, сами чиновники ездят исключительно на иномарках: они не народ. Служебные автомобили, приобретаемые на государственные средства – также иномарки, причём очень дорогие модели. Называя себя патриотами России, они назначают себе довольно высокие денежные оклады. Почему бы «патриотам» не работать за зарплату равную среднему заработку токаря или водителя автобуса?

 

Каждый новоявленный чиновник считает естественным окружить себя охраной и свитой помощников, которые также неплохо оплачиваются из казны. Они строят особняки, напоминающие средневековые крепости. От кого они отгораживаются? Пробиться на приём к чиновнику с целью решения своих проблем зачастую невыполнимая задача.

 

Даже законы принимаются исключительно в пользу интересов власти. Листая, например, уголовный кодекс легко в этом убедиться: самые суровые наказания предусмотрены за преступления против власти. Депутатский статус неприкосновенности ещё один пример обособленности: очерчивание границ политического Олимпа. Наличие такого статуса – показатель «крутости», возвышение над «толпой», коей многие чиновники считают простых людей. Понимая это представители малопопулярных политических партий, пытаясь пробиться во власть, обещают народу отменить это положение, таким образом демонстрируя своё единство с простыми людьми. Придя же во власть, они во всю мощь используют привилегии депутатской неприкосновенности.

 

Также, пользуясь своим статусом, чиновники нередко извлекают из своего положения значительные финансовые выгоды, уходят от административной и уголовной ответственности. В связи с этим был принят чисто популистский закон, запрещающий чиновникам заниматься коммерческой деятельностью, который они благополучно обходят. Доказательством тому недавно возбуждённое уголовное дело в отношении депутата от «Справедливой России» Геннадия Гудкова. В ответ лидер «Справедливой России» Сергей Миронов попросил спикера Госдумы Сергея Нарышкина проверить на предмет возможной коммерческой деятельности шестерых депутатов нижней палаты от «Единой России». Как очевидно из этого, случаи использования служебного положения для пользы своей коммерческой деятельности обыденны и всплывают лишь по необходимости в конфликтах чиновников.

 

Не обошло это и президента России В.Путина. Нужно быть очень наивным, чтобы верить в то, что можно подняться на самый верх среди всей этой грязи, при этом самому оставаясь чистым. Вот что об этом говорит британское издание «The Sunday Times»: «Он сумел создать финансовую империю, к управлению которой привлек большую часть своих родственников и друзей. В семейное дело входят племянники Михаил Путин и Михаил Шеломов, жена Владимира Путина Людмила, его брат Игорь, каждый из которых имеет непосредственное отношение к крупным финансовым структурам – достаточно вспомнить хотя бы банк «Россия». При этом все родственники Путина на удивление удачливы в делах и преуспевают во всем, что бы ни предприняли». По его данным, состояние российского премьер-министра и его семьи превышает 130 миллиардов долларов США, что на 56 миллиарда доллара больше, чем стоимость активов официального лидера рейтинга журнала Forbes мексиканского магната Карлоса Слим Элу – владельца коммуникационной индустрии общей стоимостью в 74 миллиарда долларов.

 

Люди, понимая это, не любят своих правителей и обращаются к ним за помощью лишь по причине отсутствия альтернативы в безысходных ситуациях. Общество разделено на «нас» (народ) и на «них» (власть). Чиновники вспоминают о близости к народу лишь в случае необходимости заработать политические дивиденды. Но и это делается лишь для поддержания иллюзии демократизации общества во избежание народных восстаний – не более того.

 

Всё это контрастно отличается от того, что было в Исламском государстве (позднее – Халифате), которым сейчас пугают народ. В исторических хрониках рассказывается о том, как прибывшие к Пророку Мухаммаду (с.а.с.), войдя в его мечеть, спрашивали: «Кто из вас Мухаммад?». Это происходило по причине того, что наш Пророк (с.а.с.) ничем не выделялся из простых людей: у него не было шикарных одежд, он не сидел в особом месте или на возвышении, у него не было атрибутов власти. Любой желающий мог прийти к нему в дом и поговорить с ним. Когда одна из знатных женщин была уличена в воровстве и сподвижники (р.а.) просили не наказывать её, Пророк Мухаммад (с.а.с.) разгневался и сказал: «Итак! Живших до вас погубило то, что они, если среди них украдёт знатный человек, они его оставляют, а если украдёт слабый, то в его отношении они проводят экзекуцию. Но я, клянусь Тем, в руке Которого моя душа, если Фатима дочь Мухаммада, украдёт, то я обязательно отрублю ей руку!» (Муслим, 1688).

 

Такого же принципа придерживались первые Халифы (р.а.). Известен случай, когда Умар ибн Аль-Хаттаб (р.а.), будучи Халифом, помогал одному приезжему торговцу донести вещи. Лишь особое отношение встречных прохожих к Умару (р.а.) помогло торговцу догадаться об особом положении своего носильщика. Другой пример: когда к Умару (р.а.) приехал человек из Азербайджана, он привёз в качестве угощения некую национальную сладость. Узнав о том, что эту сладость могут себе позволить лишь немногие богачи, Умар (р.а.) отказался от угощения, заявив: «Запрещённым для желудка Умара является то, чего не едят простые люди».

 

И такие случаи не единичны. Это был новый тип правителей, какого мир ещё не знал. Это удивляло послов других стран: подходя к дому Халифа, они по привычке искали охрану и бывали очень удивлены её отсутствием: исламские правители не боялись своего народа и не дистанцировались от него.

 

В более поздний период, когда правители обросли роскошью, они всё же не забывали узнавать о нуждах и мнении простых людей. С этой целью они в простых одеждах выходили на улицу, сидели в чайхане, бродили по рынку, общались с людьми. Для того чтобы люди не скрывали своего мнения из-за страха или желания угодить правителю, сам правитель часто скрывал свой статус. Эти правители заботились о каждом гражданине своего государства независимо от социального статуса, национальности или религиозной принадлежности.

 

Именно Ислам разрушил предрассудки классовости. Критериями оценки успешности человека перестали быть богатство, власть, национальная или родовая принадлежность. Единственный критерий оценки – богобоязненность. «Нет преимущества араба над неарабом, кроме богобоязненности, ибо самый благородный из вас — самых богобоязненный!» (Из прощальной проповеди Пророка (с.а.с.)).

 

Но поскольку люди не способны самостоятельно определять уровень богобоязненности, то соответственно здесь также нет основания для деления на уровни или классы. С первых дней существования Исламского государства пригодность человека к выполнению тех или иных полномочий определялась исключительно личностной пригодностью самого человека. Часто правителями становились простые люди.

 

Классовость – один из бичей нашего общества наряду с преступностью, коррупцией, наркоманией и т.п. Классовость чиновников порождает бюрократию – тормоз развития. Сама же классовость – результат ограниченной человеческой оценки реальности: многие люди таким видят общество, своё положение в нём и считают подобное положение вещей естественной нормой. А после удивляются нарастающим проблемам…

 

Пора уже понять, что человек своим ограниченным разумом в принципе не может давать полностью объективную оценку реальности. Полное знание только у Создателя этого мира. Только идеология от Создателя миров, претворяемая в жизнь Исламским государством (Халифатом) способна решать любые проблемы любого общества. Проблема классовости и проблема справедливости судов – лишь некоторые из них.

 

«Аллах — нет божества, кроме Него, Живого, Вседержителя. Им не овладевают ни дремота, ни сон. Ему принадлежит то, что на небесах, и то, что на земле. Кто станет заступаться перед Ним без Его дозволения? Он знает их будущее и прошлое. Они постигают из Его знания только то, что Он пожелает. Его Престол объемлет небеса и землю, и не тяготит Его оберегание их. Он — Возвышенный, Великий» (2:255).

 

Али
15 Зуль-Ка’да 1433 года
01.10.12