Стратегия по внедрению западной цивилизации. Часть 1

A protester wears a gas mask and carries an American flag during a rally in response to Michigan’s coronavirus stay-at-home order at the State Capitol in Lansing, Mich., Thursday, May 14, 2020. (AP Photo/Paul Sancya)

Возможно, кто-то посчитает, что в период свирепствования Covid-19 по миру, когда сам Запад не в силах противостоять вирусу, неуместно говорить о разоблачении западной цивилизации. Однако следует пересмотреть концепцию цивилизации, тем более в период, когда западные страны не в состоянии бороться с вирусом. «Единственный авторитет» в решениях проблем и поиска лечения болезней претерпел неудачу. Западные страны изобрели самое совершенное оружие, открыли новейшие технологии, в принципе во всём им удалось изобрести самое лучшее, но они не смогли воспрепятствовать болезни. Им пришлось наблюдать за сотнями тысяч смертей на Западе. Даже сторонники концепции «Конца истории»[1] заговорили о новом мировом порядке. Другими словами, они сначала переписывают историю, а потом снова говорят о «конце истории». Это и есть суть западной культуры. В этой серии статей я хотел бы рассказать об искусственно-навязанных человечеству реалиях и перечислить их. Прошу Аллаха дать силы посмотреть правде в глаза, найти силы бороться с тем, с чем мы сталкиваемся, и выиграть войну на каждом из фронтов, и, конечно, хочу напомнить, что возвращение — к Аллаху.

Чтобы позволить себе использовать лозунги и фразы типа «корни западной культуры основаны на этой истории», либо «тут были заложены основы», надо ввести определённые константы или окончательные определения. И Запад крайне бдителен в этом отношении. Например, хотя термин «демократия» буквально означает «правление народа», понятие (мафхум), которое оно несёт, и лежащие в его основе значения могут различаться в зависимости от времени, места и цели применения. Запад хочет «демократии» для Ирака под дулом автоматов, и он не спрашивал при этом волю иракского народа. Данный «спрос» на демократию, который не относился к сфере государственного управления, сделал убийство 1,5 миллиона человек законным. Ту же самую демократию в Египте применили руками хунты, свергнувшей избранного народом главу государства в результате государственного переворота; а в Турции демократию осуществило правительство против членов хунты, использовав исламские чувства и эмоции народа. Демократия при необходимости могла укрываться под религиозными вывесками, а когда в этом исчезала нужда, то могла использовать секуляризм и безбожие. Эта изменчивость превращает демократию в отмычку, открывающую любую дверь.

Говоря же о понятии «маданийя» (культура, цивилизация), можно отметить следующее. Исламская маданийя возникла и формировалась в определённых временных рамках в соответствии с определёнными идеями. И даже однокоренное слово «мадина» (г. Медина) является порогом этой культуры. 622 год, когда мусульмане совершили переселение (хиджру) для установления нового государства, являлся годом, в котором были заложены основы исламской цивилизации (маданийи). И, конечно же, эта цивилизация имеет идеологическую особенность, поскольку содержит глубоко укоренившиеся и всеобъемлющие идеи и неизменные нормы (хукмы). Поскольку маданийя Ислама имеет идеологическую особенность, она отличается от римской, египетской, персидской цивилизаций и является особенной. Взаимосвязь исламской культуры с Исламским Государством обеспечивается тем, что элементы исламской маданийи носят божественный характер. Это же, в свою очередь, делает исламскую цивилизацию глобальной и не зависящей от времени. А значит, исламская маданийя будет существовать, пока есть хотя бы один мусульманин, даже когда Исламское Государство находится в упразднённом состоянии. Йылмаз Озакпынар выражает эту ситуацию в своей книге «Теория цивилизации»[2] следующим образом: «Ценность цивилизаций состоит в том, что они имеют веру и моральный порядок, которые объединяют всех людей, устанавливают мир и справедливость. Нет ничего, кроме Ислама, что спасёт человечество от трагической ситуации, в которой оно оказалось, а также полностью и по-настоящему сделает людей цивилизованными».

Сегодня немыслимо, чтобы Запад был способен спасти человечество и сделать его цивилизованным и культурным. Потому цивилизация Запада является продолжением миссии византийских императоров и Крестовых походов. Западные страны не относятся к миру и всему живому как к чему-то целостному, что нуждается в спасении. Их подходом является стремление христианизировать нецивилизованных дикарей, познакомить их с «высшей» цивилизацией Запада и натравить на остальное человечество. Сэмюэль Хантигтон говорит об этом в своей книге «Столкновение цивилизаций»[3]: «Если Запад и завоевал мир, то не превосходством своей культуры, религии или ценностей, а превосходством в практике организованного насилия. Эта реальность, которую жители Запада чаще всего забывают, а другие вообще не берут в голову». Французский писатель Роже Гароди в своей книге «Эпопея о цивилизации человечества»[4] интерпретирует Запад как убийцу цивилизации, заявляя, что «человечество сможет написать эпопею подлинной цивилизации, когда перестанет подражать Западу и избавится от западной гегемонии сознания». 3 мая 1493 года Папа Александр VI объявил после открытия Америки Христофором Колумбом, что «открытые и подлежащие открытию земли должны быть разделены между Испанией и Португалией, религия и католическая вера должны быть прославлены и распространены, а варварские народы должны быть покорены и христианизированы». Вот он, подход цивилизации последователей византийцев и крестоносцев в отношении «варварских народов», которые не являются выходцами из их среды. Западные империалисты стали почти «неприкасаемыми» и «неподотчётными» из-за высокотехнологичного оружия, тяжёлой промышленности, обильных валютных резервов и агентов, назначенных управлять другими государствами. Свою жестокость они не называли терроризмом, а предпочитали считать это «несением цивилизации, модернизации и развития». Дискурс сильных должен был стать «законом». Отношения между «варварскими» народами и «цивилизованным» Западом должны были ограничиваться слепым подчинением правилам, установленным правящими силами (т.е. Западом). Образовательные системы подчинённых государств должны были лишь выпускать людей, которые зубрят и понимают только эти правила. Интеллигенция и светлые умы варварских народов должны были работать, чтобы вывести свою страну на уровень цивилизации Запада. Умы «нецивилизованных» обществ были оккупированы настолько, что не могли увидеть и найти свой собственный путь. Поэт Мехмет Акиф Эрсой[5], один из турок, которых Белый Запад считает «варварами», выразил эту ситуацию следующим образом:

«Если Запад воздвиг вокруг себя стены…

То мои границы полны веры…

Твоя вера не по силам однозубой химере,

Что в мире «цивилизацией» кличут!».

Фактически, чтобы закрепить в сознаниях людей выражение «западный», Запад не пожалел даже жителей восточной и западной части европейского континента и колонизировал даже их умы. Народы, которые поддерживали социализм СССР в годы «Холодной войны», и те, кто поддерживал современный капитализм Америки, не могут оцениваться одинаково. Менталитет, который беспощадно разделяет братьев одной семьи из одного города, выстроил Берлинскую стену, которая вошла в историю как чёрное пятно. Эта стена была не чем иным, как империалистической границей, известной для всей Европы как «Позорная стена». Академик Дениз Ульке Арыбоган следующим образом прокомментировала разделение в Европе на «Я» и «Тот» в своей книге «Стена»[6]: «Холодная война» подарила человечеству свою тень — Берлинскую стену. «Холодное перемирие» же открыло двери «эпохе стен». Теперь разделение всего мира возможно увидеть даже из космоса. Мир начал подготовку к тому, чтобы стать огромной тюрьмой».

Это было кратким изложением западной цивилизации. В следующей части мы поговорим об интеллектуалах, девиз которых будет: «Мы готовы принять всё, что исходит от Запада».

 

Эмрах Акай

23.04.2020

[1]                Конец истории — философское предположение о том, что история человечества с какого-то момента станет однообразной, замедлится или закончится (то есть будет достигнут некоторый идеал или конечная точка бытия). Завершение истории связано с идеей цели, по достижении которой исчезают противоречия, которые подталкивали прежнюю историю, а описание нового, неспешного и прямого развития трудно назвать историей в привычном смысле слова.

[2]                Yılmaz Özakpınar, «Bir Medeniyet Teorisi».

[3]                Samuel Huntington, «The Clash of Civilizations».

[4]                Roger Garaudy, «Comment l’homme devint humain».

[5]                Mehmet Akif Ersoy.

[6]                Deniz Ülke Arıboğan, «Duvar».