Мэрам Антверпена, Мехелена, Вилворде и Мазаака, а также бельгийским политикам и интеллигенции

Открытое письмо
Мэрам Антверпена, Мехелена, Вилворде и Мазаака, а также бельгийским политикам и интеллигенции

CMO2После долгих усилий и консультаций многих партий, как об этом многократно сообщалось, свет увидело «досье» под заголовком «Контроль над радикализацией мусульман» (Beheersenvan Moslimradicalisering), предназначенный для директоров школ, учителей, полиции, гимназий, молодежных организаций и др. Подготовкой данного досье руководили мэры городов Антверпена, Мехелена, Вилворде и Мазаака. Оно содержит исследования радикализма и методы, с помощью которых к нему привлекаются мусульмане. Также оно содержит практические методы выявления тенденций к радикализации в мусульманской среде, методы мониторинга и отслеживания радикализации с целью её искоренения.

Истина в том, что данное досье является позором и пятном стыда для так называемой современной демократической мысли, которую авторы досье якобы защищают от радикализации. Досье подтверждает слова французского философа Цветана Тодорова, который обращал особое внимание на то, что «главным врагом демократии является она сама». Он говорил, что кризис демократии является внутренним кризисом, а не внешним, т.к. упомянутые Тодоровым «истинные враги демократии» являются теми, кто пренебрегает ею на словах, и в своих поступках искажают утвержденные ею ценности. Для тех, кто возглавляет псевдодемократические режимы, ценности демократии не являются идеалами, в которые они верят, а являются инструментом, которым они пользуются. Для них эти ценности бессмысленны или потеряли свою значимость, в силу их фанатизма. Поэтому нет ничего удивительного в том, что в псевдодемократических режимах народ обожествляется во имя свободы. А их идеалы, чувства и внешний вид подвергаются нападкам под предлогом радикализма, который якобы угрожает свободному обществу, основанному на свободе слова и вероисповедания, а также на равенстве. Поэтому во имя свободы слова мусульманам следует запретить выражаться, а во имя свободы вероисповедания мусульмане должны оставить свою религию, а во имя равенства мусульмане должны подчиниться некоему хозяину, который будет решать, как им мыслить, о чем и когда!

Это досье, которое было подготовлено под руководством мэров Антверпена, Мехелена, Вилворде и Мазаака, является идеальным примером для полицейского режима в «примерном демократическом» обществе! Это досье призывает к взятию на учет всех исламских движений и центров, принадлежащих мусульманам, призывает мониторить их мысли и чувства в домах, школах, на улице, в мечети, в кафе и т.д. Все это должно делаться под предлогом борьбы с радикализмом, который представляет опасность для демократического общества. Но что есть радикализм? Какое определение дано ему авторами данного досье?

В досье не упоминается конкретное определение радикализма. Авторы ограничились общими бесформенными выражениями, не содержащими какого-либо смысла, и могут быть применены в отношении любой мысли или группы в Бельгии, будь то христиане, евреи или правые националистические партии. Сами авторы прекрасно понимают это и поэтому пишут на странице 8: «Сам радикализм не обязательно является проблемой». Возникает вопрос: если радикализм сам по себе не является проблемой, то в чем, в таком случае, проблема?

Авторы отвечают на этот вопрос (стр.8.): «Радикализм становится проблемой, когда он трансформируется из радикальных взглядов в воспрепятствование или запрет свобод личностей или групп в обществе, или когда радикальные взгляды начинают оказывать влияние на внешний вид и поведение настолько, что это уже выходит за рамки законности». А т.к. автор «чрезвычайно точен» в своих определениях, он приводит «очень убедительные» практические примеры «повторяющегося социального явления, не скрытых от кого-либо». Авторы пишут (стр.8): «Примером трансформации радикализма в угрозу обществу служат насмешки над мясником, который не продает халяльное мясо, или оскорбление женщин, которые не носят никаба, или разбитие окон в кофе, продающем спиртное».

Авторы продолжают свое описание, приводя примеры поведения, которое указывает на требующую наблюдения трансформацию радикализма в угрозу для общества. Он приводит примеры (стр.8), среди которых призыв к Исламу в общественных местах, люди, отказывающиеся участвовать в выборах и призывающие к их бойкоту, а также люди, которые приучают своих детей к своему учению (в данном случае естественно подразумевается исламское учение).

Несмотря на то, что в контексте данного предисловия авторы изъясняются общими словами и абстрактно относительно вопроса трансформирования радикализма в угрозу для общества, однако они не приводят примеры посягательства на Ислам и мусульман. Авторы, например не упоминают то, с чем сталкиваются на постоянной основе мусульманские женины, носящие никаб, будь то презрение, насмешки, освистывание, демонстрация среднего пальца и другие оскорбления. Также авторы не упоминают о миссионерах, проповедующих христианство среди мусульман, равно как не упоминают об иудеях, свободно практикующих иудаизм в еде, одежде и образовании. И все это в силу того, что «неисламский радикализм» порождаемый немусульманами не запрещен и является законным радикализмом!

После такого «крайне объективного» предисловия авторы переходят непосредственно к сердцевине вопроса, раскрывая для нас риски исламской радикализации (стр.9): «Под трансформацией мусульман в радикализм, что представляет собой угрозу обществу, понимается возрастающее желание кардинальных перемен в сообществе или содействие им будь то демократическими или недемократическими путями. Это является сердцевиной вопроса, на котором построен данный проект мэров Антверпена, Мехелена, Вилворде и Мазаика. Этот проект обеспокоен исключительно мусульманами и ставит целью воспрепятствовать заговору, устраиваемому мусульманами в деле радикального изменения сообщества. Истина в том, что данная угроза не существует и плодится лишь в сознании сторонниками данного проекта, разумом которых овладела их прихоть. Цель данного проекта не противостоять радикализму или «исламскому» терроризму, целью являются совсем другое. Мы проясним данный вопрос в следующих пунктах:

1. Досье подтверждает (стр.19), что подавляющее большинство мусульман в Бельгии всегда были против радикализма, в связи с чем мы спрашиваем: если подавляющее большинство мусульман против радикализма, то в чем кроется угроза? Разве маленькая часть мусульман, чей призыв отвергается подавляющим большинством (как выражается автор), представляют реальную угрозу для сообщества? Возможно, кто-то скажет: «Досье является упреждающей стратегией для предотвращения распространения угрозы исходящей от малочисленной группы». Но тогда возникает контрвопрос: если радикализм характерен не только для Ислама и мусульман, как было отмечено вами (стр.8), и это означает, что существуют радикальные христианские, иудейские и правые нациоаналистические расистские меньшинства, работающие над изменением общества в соответствии со своим виденьем, а с их стороны предпринимаются конкретные действия, что не является секретом для вас, будете ли вы предпринимать какие-либо меры против их опасности в будущем? Например, издадите ли вы досье, в котором будете говорить об их угрозе и путях противодействия им?

2. В досье сказано о «коренных переменах в обществе», но какое сообщество подразумевают авторы? Бельгийское (фламанское) общество? Если авторы подразумевают бельгийское общество, то в Бельгии нет ни одной исламской группы, стремящейся изменить общество. Хизб ут-Тахрир, чья эмблема с целью введения в заблуждение была размещена в разделе джихадистов, не работает над установлением Исламского государства в западных странах, согласно тому, что закреплено в просвещении Хизба. Что касается группы «Шариат для Бельгии», вне зависимости от реальности их призыва, они по определению не являются политической группой. Напротив, они являются индивидами, которые подверглись преследованию в судебном порядке, а их «группа» была запрещена, и, следовательно, перестала существовать. И это ни от кого не скрыто. Газета «De Standaard» в своей статье за 03.11.2013 приводит следующую информацию со слов бельгийских спецслужб: «Шариат для Бельгии» официально перестала существовать, но некоторые её члены и поддерживающие сегодня сражаются в Сирии против режима Асада». Следовательно, не существует какой-либо группы, желающей радикальных перемен в бельгийском обществе.

3. В данном досье говорится о «кардинальных изменениях в обществе», но в чем заключается это кардинальное изменение бельгийского общества? Разве мусульмане пытались взять власть в стране? Разве они атаковали отношения между бельгийскими правителями и их гражданами? Разве они работали над свержением правителей Бельгии или их заменой? Разве они осуществляли это посредством физических действий, например, посредством военного переворота? Или же они делали это посредством политических действий, как например, с помощью гражданской революции или демонстраций с целью свергнуть бельгийское правительство? Разве что-либо подобное исходило со стороны мусульман? Разве мусульмане размышляли над осуществлением этого? Нет, ничего из вышеперечисленного не имело место, и никто из мусульман не размышлял над этим. Так почему тогда мэры Антверпена, Мехелена, Вилворде и Мазаика говорят о кардинальном изменении в обществе, к которому стремятся мусульмане и которое планируется со стороны исламского радикализма, в то время как сами мусульмане не думают об этом и не совершают каких-либо действий, указывающих на это? Как мусульмане могут работать над кардинальным изменением бельгийского общества, если они даже не смогли отменить решение одной из школ, запретившей их дочерям носить химар, а также не смогли привлечь к ответственности администрацию школы, в которой был доказан факт издевательства учителей над их детьми?

«Радикальные перемены», упомянутые в досье не являются целью, которую хотят достичь мусульмане в отношении бельгийского общества, они даже не думают о них, равно как они не обладают средствами для их осуществления. Напротив, «радикальных перемен» хотят достичь мэры Анверпена, Мехелена, Вилворде и Мазаика в среде мусульман и в отношении мусульман. Данный документ содержит в себя стратегию и план действий по уменьшению присутствия Ислама во всей Бельгии. Другими словами, он ставит целью навязывание западных светских демократических ценностей и западного образа жизни мусульманам. От мусульман требуется не просто подчиниться общественному строю и законам, которыми управляется сообщество, но требуется принять эти ценности с распростертыми объятьями, даже если при помощи силы. Т.е. от мусульман требуется принять секуляризм путем убеждения, и проявлять это убеждение в своем поведении и внешнем виде. Для достижения этой цели эта «демократическая» сила будет рассматривать все, что оспаривает вышеизложенное в качестве радикализма, с которым следует бороться. В их понимании обращение к кому-либо «Абу… (отец такого-то)», ношение химара, изменение носимой одежды, призыв к Исламу, критика западной мысли, участие в лекции, на которой западная мысль критикуется с помощью мыслительных доводов, участие в санкционированной законом демонстрации против колонизации Ирака, все это – проявления радикализации. Это также касается таких терминов исходящих из основы исламской культуры, как «Аллаху акбар», «Аль-Валя ва аль-Бара», «Бидаът», «Даъват», «джахилия», «куфр», «Халифат», «шахада», «тавхид» или «Сунна». Все они считаются проявлением радикализма, т.к. их приписывают к радикальному глоссарию. Также радикализмом клеймится мусульманин, убедивший немусульманина принять Ислам, но не тот, кто убедит мусульманина отказаться от Ислама воспользовался своим демократическим правом. Любой, кто идейным образом критикует модернизм, называется радикалом, в то время тот, кто оскорбляет Ислам и надсмехается над Пророком Мухаммадом (с.а.с.) якобы пользуется своим демократическим правом. Тот, кто требует халяльное мясо становится радикалом, в то время как требующий кошерное мясо практикует свое демократическое право. Женщина, одевающая химар, обвиняется в радикализме, в то время как монахиня пользуется своим демократическим правом!

В результате этого мусульмане под «властью демократии» не обладают правом на свободу слова и мысли для сохранения своей культурной идентичности и уникальности, равно как для сохранения своего образа поведения и внешней одежды, которые требуются их религией. Во всеобщей декларации прав человека сказано «Каждый обладает правом на свободу мысли, совести и религии…», также сказано в Декларации принципов толерантности: «…Это означает, что каждый свободен придерживаться своих убеждений и признает такое же право за другими. Это означает признание того, что люди по своей природе различаются по внешнему виду, положению, речи, поведению и ценностям и обладают правом жить в мире и сохранять свою индивидуальность. Это также означает, что взгляды одного человека не могут быть навязаны другим». Демократы утверждают, что данные приведенные тексты формируют их ценности, и они заявляют о своей приверженности им. Судя по всему, эти тексты не распространяются на мусульман. Мэры Анверпена, Мехелена, Вилворде и Мазаика проклинают эту «свободу», которая позволяет мусульманам придерживаться своей религии, практиковать её и призывать к ней.

Мы призываем мэров Анверпена, Мехелена, Вилворде и Мазаика принять к сведению политику государства Халифат по отношению к своим подданным, которая выражена в следующих словах Пророка (с.а.с.): «Если руководитель будет распространять сомнение среди народа, он испортит его».

Свои последние слова мы обращаем к интеллигенции этой страны, которая прекрасно понимает, что мусульмане в этой стране требуют своего права на уважение их культурной идентичности и уникальности, а не требуют изменений общества и государственного строя: тот, кто молчит об истине – немой дьявол. Вы являетесь свидетелем масштабной несправедливости в отношении мусульман. Вы также видите притеснение, подавление и усмирение их голосов, вплоть до того, что осуждение стало распространяться до основ их религии и веры. Тем не менее, ни один из вас не произнес и слова в защиту. Поэтому не удивляйтесь тому, что люди не желают ваших ценностей, ведь вы первые поступили вероломно в отношении них.

Что касается нас, то мы не боимся за свою религию, равно как мы не боимся за мусульман. Потому что Ислам религия, которую если оставить в покое не борясь против неё, она вторгается в сердца и стремительно распространяется, а если с ней бороться, то она прорастает в этих сердцах и стремительно усиливается.

Центральный информационный офис Хизб ут-Тахрир.

23 Зуль-Каада 1434 г.х.

29.09.2013 г.